Оба торговца и корабельный поставщик поспешили последовать примеру нотариуса, бормоча при этом всевозможные проклятья, покуда достойный возница продолжал:

— Землевладелец Жоэль из Локмариа…

— Землевладелец? Где он? — осведомился грабитель, склонившись в седле.

— Это я, — отозвался юноша в бретонском костюме.

Как уже говорилось, Жоэль был весьма многообещающим молодым человеком. Гибкий и сильный, он, казалось, являл собой Геркулеса или Самсона в юности. И все же его лицо еще не выдавало будущего атлета, способного задушить гидру или унести на себе городские ворота.

Во время предшествующей сцены Жоэль стоял, прислонившись к одному из колес, неподвижный, но полный внимания, — карета, разумеется, остановилась, согласно приказу разбойника.

— Клянусь гордыней Люцифера! — воскликнул последний, окинув юношу взглядом. — У этого молодого петушка изрядные шпоры! Если он решит пополнить собой численность моего отряда, то я, черт побери, сделаю его своим адъютантом! Что вы скажете на это, приятель? Вы что, не поняли меня? — добавил он, так как Жоэль хранил молчание.

— Отлично понял.

— И вы согласны?

— Нет, потому что не имею желания кончить дни на виселице.

— У молодого человека есть чувство юмора, — проворчал Корбюфф, кусая усы, — а у меня слабость к веселым парням. Так что даю вам пять минут на то, чтобы принять решение…

— Какое именно? — спокойно осведомился его собеседник.

— Поступить ко мне на службу или уплатить компенсацию за потерю рекрута, столь сильного телом и бодрого духом. Ну, есть у тебя кто-нибудь еще? — обратился он к вознице.

— Да, мадемуазель Аврора дю Трамбле.

— О Боже, очевидно, какая-нибудь престарелая вдова! Должно быть, она весьма почтенного возраста, если принадлежит к семейству, некогда снабдившему Бастилию комендантом.

— Вы говорите обо мне? — послышался нежный мелодичный голос.